Учиха Итачи... гений своего клана... предатель деревни... член Акацуки... просто сидел в кресле положив руки на подлокотники и закинув голову назад. Итачи прикрыл глаза и тихо размышлял. Он думал о родной деревне, где его считают предателем и беспощадный убийцей, о своём клане, который пал от его руки ради мира и о Саске. Мысли о любимом брате посещали его всё чаще. Он откровенно скучал по нему, пусть этого никто не понял бы. Саске был самым любимым человеком в жизни Акацука и оставался таковым до сих пор. Итачи был готов пожертвовать всем ради него. И самым главным оставалась защита любимого братика. "Как ты там?.. Саске-кун...". Итачи не спорил, что оставил в душе Саске страшную рану и заставил его ненавидеть себя, но для чего же ещё нужны старшие братья? Итачи вздохнул и закрыл глаза. Новый приступ головной боли пришёл к нему как всегда неожиданно. "нет... мне ещё рано умирать..."

Итачи открыл глаза и внимательно посмотрел на входную дверь. Головная боль никуда не пропала, тошнота тоже, к сожалению была на месте, со зрением и вовсе творилось страшное: всё было размыто и расплывчато. Но, слава богу, много что бы узнать Кисамэ не надо. Гигантская Сэймхада, синяя кожа - этого вполне хватает. "как не вовремя Кисамэ... как не вовремя...". Показывать, что он в не наилучшей форме Учиха не собирался, он как обычно спокойно произнёс:
- Пэйн постоянно чем-то недоволен..., Итачи держался изо всех сил что бы не начать блевать кровью прямо перед напарником, - Потренироваться. Я не против Кисамэ. Лёгкая тренировка не повредит.
Приходилось держать статус, если бы отказался - бросилось бы в глаза. "что же ты делаешь... глупец... в таком состояние этот бой может стать фатальным..."

Головная боль постепенно отступала. В зрение появилась чёткость. Кишки Итачи больше не норовили вылезти через глотку наружу, что бы увидеть дневной свет. Учиха не сдержался и вздохнул с облегчением. Потом посмотрел на Кисамэ. "неужели  ты и впрям волнуешься...". Итачи уважал Кисамэ, и как ему казалось, это было взаимно. Учиха не раз видел акулу в бою. Да он немного фанатичен, но у каждого свои минусы. Вот... у Итачи тоже есть...
- Я уже не тот Кисамэ... зрение ужасное...
Акацук замялся, но потом всё же тихо произнёс:
- Мой конец близко... Кисамэ... я чувствую холодное дыхание шинигами за моей спиной... я каким-то чудом ещё держусь. У меня ещё есть незаконченные дела..
" ну вот... теперь кроме Мадары, ещё и Кисамэ знает..."

Кисамэ всё ещё стоял и переваривал слова Итачи. Вы когда нибудь видели рыбу, которая пытается понять что-то? м? А вот Итачи видел и не раз на самом деле. Вдруг у Учихи появилось странное чувство. Даже не чувство а прямо таки наваждение. Итачи как по команде посмотрел на окно. Что-то блеснуло и упало прямо возле ног Акацука. За окном была видна только странная чёрная рука, которая вскоре исчезла. Итачи посмотрел себе под ноги. Это была монетка. Странно но Итачи тянуло к ней... буд-то эта безделушка была самой дорогой вещью в мире, и он обязательно должен поднять её... осмотреть со всех стороно... ощутить её поверхность пальцами. Удержаться было невозможно, Итачи поднял монетку и небрежно повертел её в руках. На свету поблёскивала буква "Х". Никаких особых чувств по поводу его вызова на игру Итачи не чувствовал. Он знал, что та же учесть уже постигла многих. "ничего удивительного, я так и думал, что получу её". Итачи аккуратно убрал монетку в карман, и взглянул на Кисамэ. Его выржание лица абсолютно не изменилось, похоже он ничего не заметил."ну что ж... остаёться отнести это к силе Игры...", устало подумал Итачи и поднялся с кресла. "Надо сходить к лидеру... всё таки он должен знать..."